Приготовьтесь погрузиться в мир приключений... |
Если бы не Михаил...
акие?то тут же придуманные истории о тяжело раненных, которые тем не менее выжили и выздоровели — а значит, и с ним, Миней, тоже все будет хорошо: ведь я здесь, с ним, и Валько уже за доктором побежал, и вот сейчас они придут, и доктор Миню сразу вылечит… А потом Валько таки притащил своего знахаря, и мы бросились кипятить воду, а дальше знахарь нас прогнал в угол и начал колдовать сам. Через час он поднялся, в последний раз удовлетворенно окинул взглядом забывшегося сном Миню и произнес сакраментальное:
— Будет жить.
Подумал немного и добавил:
— Но с недельку проваляется. Завтра еще зайду.
И ушел.
Минут через двадцать в подвал ворвался ураган по имени Фол, выволок нас с Вальком на улицу и устроил обоим такой разнос, что даже матюгальник стоял, втянув голову в плечи, и молча слушал. Наоравшись всласть, Фол слегка успокоился, сказал, что за Миней присмотрят, еще раз обругал Валька — и под конвоем доставил меня домой: во избежание! Потому как на этого придурка Алика неприятности из рога изобилия валятся, а раз так, то лучше оному придурку сидеть дома и носа никуда не высовывать, иначе он, Фол, собственноручно на этот нос наедет передним колесом. А потом задним. Ну все, я поехал. Отсыпайся.
* * *
И вот я снова один в темной квартире, и меня всего трусит от пережитого — а еще дико болит голова. Как с похмелья… Конец дневника. Конец дня.
Четверг, девятнадцатое февраля
Сквозь волнистые туманы пробивается луна * Вернулся, с?собака?! * Мне хорошо, я сирота * Слушай теперь, и о том, что скажу, не забудь * Сторож брату своему
1
— Имеет ли смысл спрашивать: вы Залесский Олег Авраамович? — смеется воздушный шарик, собирая морщинки?трещинки в уголках нарисованных глаз.
Дрожь по телу.
И стыдная, теплая струйка в левой штанине. Ниже, ниже, ни…
— Имеет ли смысл спрашивать: если ножики все?таки вынимают из кармана, значит, это кому?нибудь нужно? И учтите, пан Залесский: если вы не спрятались, я не виноват! Не виноватый я!
Шарик надувается сильнее, еще сильнее, страшно выпячиваются одутловатые щеки, рыжие усы щеточкой вспучиваются сумасшедшим веником… Взрыв. Летят во все стороны полковничьи звезды, складываясь уставным Зодиаком, черный провал раскрывается пастью Месяца?из?Тумана, беззубой смертью, где что?то тяжко ворочается, прорываясь из мглы…
Крик.
* * *
Меня подкинуло на кровати. Ознобные мурашки шустро бегали по всему телу, щекочась лапками, и кошмар неохотно размыкал влажные объятия. Ф?фу… так и рехнуться недолго.
«Недолго, парень», — подтвердил кошмар, забиваясь в угол и подмигивая оттуда.
Я, кряхтя, встал и прошелся по комнате. Коленками похрустел, мотнул забубенной головушкой. Больно, однако, мотать?то: ноет и ноет, точно гнилой зуб. Мебель громоздилась стенами ущелья, грозя обрушиться лавиной, все предметы казались незнакомцами, от которых можно ждать чего угодно, хотелось тыкать пальцем наугад и вопрошать:
— Ты кто такой? А ты?!
«А ты сам кто т
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Уважаемые читатели:
Вы можете присылать нам свои собсвенные произведения, мы с радостью их опубликуем.
e-mail: help@4italknigy.info
|
|
|
|
 |
|
У народа, лишенного общественной свободы, литература - единственная трибуна, с высоты которой он заставляет услышать крик своего возмущения и своей совести.
//Герцен А. И. |
| |
|
