Приготовьтесь погрузиться в мир приключений... |
Если бы не Михаил...
н на «дядька Пора» мало что не молится…
— Еще лучше! — Пузырьки волшебного шампанского (а точнее — руденковского спирта на корочках) клокочут в глотке, вырываясь наружу совершенно неприличным фырканьем. Истерика у меня, что ли? — Ерпалыч?великомученик, покровитель хануриков! Что ж он себя?то самого уберечь не смог? Да и жилплощадь у красавца, хоть старое логово возьми, хоть местное… Наколдовал бы себе апартаменты, что ли?!
Вот ведь чувствую: несу чушь, откровенную ересь, да и вообще, гнусно это — человек пропал неведомо куда, может, и помер уже! — а я тут зубоскалю, но остановиться никак не получается.
Точно, истерика.
Скоро посуду бить начну.
— Идиот! — взрывается Фол, звонко щелкая хвостом, будто циркач — витым шамбарьером. — Апартаменты ему, придурку!
И так уже где не надо интересоваться начали: говорят, в Дальней Срани крутой шаман объявился? Тех?ник без лицензии, без патента?! П?почему не знаем? А тебя, охломона, писаку хренова, он, кстати, на смену себе прочил!
— Меня?!
Вот что?что, а это Фол умеет: так огорошит, что хоть стой, хоть падай! Шаман Ерпалыч прочит себе на смену Алика?писаку! Воскамлаем мы на пару, грянем в славны бубны за горами, и стану я Сраным Шаманом, грозой бомжей?исчезников и утопцев в законе!
Ну не бред ли?
И еще: впрямь ли он бредовей всего окружающего?..
— Нет, меня! — дразнится Фол. — Пень ты, Алька, как есть пень! Ерпалыч с месяц назад так нам с Папой и сказал: долго, мол, к парню приглядывался, а теперь уверен — вытянет! Еще поболе меня вытянет, только он сам об этом покамест не знает.
Ага, ясно. Фол, выходит, знает, Папа знает; Валько?матюгальник небось тоже знает — один я пень, понимаешь, пнем! Город есть такой, слыхал — Пномпень, там все вроде меня…
Почему?то мне очень захотелось наступить Фолу на хвост, но делать этого я, естественно, не стал. По многим причинам, в большинстве уважительным. Просто присел перед ним (перед Фолом, а не перед хвостом, конечно!) на корточки и очень внимательно посмотрел кентавру в глаза.
Фол спокойно сыграл со мной в гляделки.
Выиграл.
Я моргнул первым.
— А сам?то ты хоть веришь в то, что говоришь? — проникновенно вопрошаю я. — Ну скажи, Хволище Поганое: веришь?
— Да не верю я! — Кент вдруг хватает меня своей ручищей за ворот рубахи и дергает к себе. Я падаю на четвереньки, бешеные глаза Фола оказываются совсем рядом, и где?то на задворках сознания мелькает на удивление отстраненная мысль: «Псих. От Ерпалыча заразился».
Кто «псих» — кентавр или я? — сие мне неизвестно.
— Не верю! — рычит Фол мне прямо в лицо, брызгая слюной. — Я ЗНАЮ! Я — знаю, а ты — нет! А раз ты такой упертый… поехали! На бугая своего посмотришь, вот тогда и послушаем, как ты запоешь! Не верит он, видите ли… не верит… Фол наконец отпускает меня, и я с размаху сажусь на пол. Мой приятель явно угомонился и даже отчего?то повеселел, Теперь это — привычный мне Фол, явно задумавший учинить надо мной очередную каверзу.
<
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Уважаемые читатели:
Вы можете присылать нам свои собсвенные произведения, мы с радостью их опубликуем.
e-mail: help@4italknigy.info
|
|
|
|
 |
|
У народа, лишенного общественной свободы, литература - единственная трибуна, с высоты которой он заставляет услышать крик своего возмущения и своей совести.
//Герцен А. И. |
| |
|
