Приготовьтесь погрузиться в мир приключений... |
Дискуссия о звездах
ыбка, совсем как у отца Николая. — Не в том ли работа ваша?..
Моя работа? Легко сказать!..
— Моя работа состоит не только в том, чтобы оформить протокол, отец Александр. Гражданин Рюмин, то есть отец Николай, вчера ясно и четко изложил свою позицию. Насколько я понимаю, это была и ваша позиция. Отец Николай считает, что здешние священнослужители впали в язычество, более того, призывают на помощь, извините, бесов…
— Он ошибается. Я тоже ошибался, дочь моя.
— То есть, — подхватила я, — вы признаете, что совершили преступление, подпадающее под соответствующие статьи Уголовного кодекса?
Священник покачал головой, вновь усмехнулся — по?прежнему невесело.
— Ни я, ни отец Николай этого и не отрицали, дочь моя. Дело в ином. Мы считали, что принятые здесь обряды есть грубейшее нарушение канона, по сути — ересь, подобная ереси духоборцев Македония и Маркиона. Ради же спасения душ, нашему попечению вверенных, согласны мы были преступить законы гражданские…
— А сейчас? — не выдержала я. — Вы убедились, что упомянутые вами Македонии и э?э?э Маркион…
— Дело не в них. То, что творится здесь, без сомнения, ересь, но мы были не правы.
Оставалось задуматься. Духоборец Македонии вкупе со своим подельщиком Маркионом — ересь, нарушение канона…
— То есть вы согласны терпеть ересь? — поразилась я.
— Нет. Но это уже не имеет значения.
Я поняла, что начинаю сама становиться если не еретичкой, то ведьмой, а посему предпочла взяться за протокол. Он вышел не особо объемистым, зато приходилось продумывать каждое слово. Интересно, неужели здешние бонзы все?таки пойдут на такой процесс? Город наш, можно считать, закрытый, но шум все равно будет. И немалый.
— И все?таки, — не выдержала я, когда отец Александр, почти не читая, поставил свою подпись. — Объясните! Если не как следователю, то просто как человеку! Я ведь тоже хожу в церковь!
Произнося это, я запоздало сообразила, что не заходила в храм Божий больше полугода. И вовсе не из забывчивости. В том?то и беда, что слушать наших пастырей, толкующих об устройстве жертвенных горелок?"алтарок" и наиболее рациональном использовании одноразовых икон, просто тошно. Наверно, потому меня так поразило внезапное раскаяние отца Александра.
Священник ответил не сразу. Наконец вздохнул:
— Хорошо. Только объясню вам именно как юристу. Сейчас вы придерживаетесь действующих законов: конституция, Уголовный кодекс, уголовно?процессуальный…
Я кивнула.
— А если не дай Господь война? Если на улицах начнутся бои?!
— Тогда будут действовать законы военного времени! — удивилась я, плохо понимая, к чему он клонит.
— Допустим. А если вы окажетесь в пустыне, в джунглях, среди диких зверей? Если вы даже не знаете, в какой вы стране, в каком времени? Вы ведь тогда просто начнете бороться за жизнь, не так ли? Всеми доступными средствами.
Почему?то сразу вспомнился Тарзан. В детстве зачитывалась.
— Не понимаю аналогии, отец Александр. Вы говорите
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Уважаемые читатели:
Вы можете присылать нам свои собсвенные произведения, мы с радостью их опубликуем.
e-mail: help@4italknigy.info
|
|
|
|
 |
|
У народа, лишенного общественной свободы, литература - единственная трибуна, с высоты которой он заставляет услышать крик своего возмущения и своей совести.
//Герцен А. И. |
| |
|
