Приготовьтесь погрузиться в мир приключений... |
Глубокоуважаемый микроб, или Гусляр в космосе
укояти на табло. - Как он
нас может видеть?
- Это мутант, - повторила Гита, - он многое может. Вир, нужно узнать,
чего он хочет.
Но я не собирался возиться с животными. К тому же мутантам нельзя
доверять. Неизвестно, кто еще бродит вокруг, свободный от лабораторного
контроля. Я включил одно из защитных устройств машины. Мы ничего не
почувствовали, но животные, поедавшие плоды, казалось, сошли с ума. Птицы
взлетели, некоторые при этом столкнулись. Четвероногие - те, что были в
состоянии, - убегали как могли быстро, уносились в разные стороны от
машины, как будто она взорвалась. Истробен задрожал, но остался на месте.
Видно было, каких усилий это ему стоило. Пасть его раскрылась, должно
быть, в крике, но в нашем поле мы его не слышали и не знали, крик ли это
боли или гнева. Потом он опустился на четвереньки и, пьяно пошатываясь,
двинулся в кусты.
- Что ты сделал? - спросил Тед.
- Включил ультразвук - им отгоняют животных.
Гита, сжав руку в кулак, ударила меня по плечу.
- Ты не должен был! - закричала она. - Он не хотел повредить нам. Он
хотел, чтобы мы что-то сделали...
Я, не слушая ее, увеличил скорость; мне хотелось побыстрее выбраться
из кустов. Мы выехали на ровное место, покрытое свежей растительностью,
какой мы не видели уже много часов. Причина этого сразу же стала ясна:
фонтан на площадке, из него струится в небольшой бассейн или пруд вода, а
оттуда по вымощенному камнями руслу скрывается среди влаголюбивой
растительности. За фонтаном находился еще один искусно сооруженный дом,
сливавшийся с местностью. А за ним - необычная скала, давшая имя станции,
- она действительно напоминала рог гура, даже спиральные наросты, какие
бывают у взрослых самцов, здесь тоже выступали.
Мы так неожиданно оказались в открытом месте, что у меня не было
времени прятаться и разведывать, как я хотел. Но никаких признаков жизни
не было, а на стоянке транспорта пусто, даже наземных машин нет. Я
отключил поле, и мир немедленно наполнился звуками. Смешанный шум - стоны,
крики, время от времени рычание - все это, казалось, шло от дома.
- Что это? - Аннет держала станнер наготове.
Я собирался открыть дверцу, но заколебался. Шум в таких масштабах
означал что-то необычное, что-то дурное. Но я не видел никакого движения.
- Вир, истробен... - привлекла мое внимание Гита, потянув за руку.
Я посмотрел, куда она показывала. Животное, пытавшееся противостоять
ультразвуку, или его двойник, ковыляло из ягодных кустов. Глаза его были
полузакрыты; оно качало головой из стороны в сторону, как будто его
оглушили. Но оно упрямо держалось на лапах и миновало нас, направляясь к
дому. При этом оно тоже издавало звук, что-то вроде во
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Уважаемые читатели:
Вы можете присылать нам свои собсвенные произведения, мы с радостью их опубликуем.
e-mail: help@4italknigy.info
|
|
|
|
 |
|
У народа, лишенного общественной свободы, литература - единственная трибуна, с высоты которой он заставляет услышать крик своего возмущения и своей совести.
//Герцен А. И. |
| |
|
