Приготовьтесь погрузиться в мир приключений... |
Эдисон и Грубин
авным жандармам ведено бороться с людьми, а не с явлением. Неудивительно, что тайный (запретный!) плод становится сладок, и частная инициатива кого?то из лазоревых мундиров позволяет без особого труда изменить государственные приоритеты. Даже не изменить — ибо приоритетов (с чем именно бороться? почему?!) в борьбе с мажьей напастью попросту нет. Власть слепа, власть глуха — и не спешит шевелить мозгами.
Чем все кончилось в реальной истории — известно. В романе — бог весть. Может, и спасут молодые маги Федор и Акулина многострадальное Отечество вкупе со всем миром; может, и нет. Как тут не вспомнить мадам де Сталь с ее знаменитым: «Горе стране, которую при», ходится спасать!" Великая Империя, всепроникающив могучие спецслужбы. Государь на троне, наконец, ?о а все в итоге зависит от двух «перековавшихся» (пусть и очень по?своему симпатичных) уголовников!
Дожили!
Таков первый урок «Мага в законе». Слепые ведут слепых — а вот и яма впереди.
Глубокая, долго падать!'
IV. ФИЛОЛОГ или Я СДЕЛАЛСЯ РЕМЕСЛЕННИК
…авторов романа волнуют все те же «вечные» проблемы, постоянный интерес к которым позволяет некоторым читателям утверждать, будто Громов и Ладыженский «кроят один и тот же сюжет» («Нопэрапон»).
Искусство и ремесленничество, Закон и преступление, Учитель и Ученик, Государство и отдельная личность, чувство и долг, Любовь, Творчество — вот тот широкий диапазон понятий и конфликтов, составляющих идейно?тематическое пространство «Мага в законе». Каждое из них, взятое по отдельности, вполне достойно лечь в основу своей книги. Но Олди, как всегда, не ищут легких путей.
Они намеренно усложняют свою задачу, чтобы потом постепенно выходить из лабиринта хитросплетений, порожденных их неудержимой фантазией.
Тема творчества и связанный с нею комплекс проблем являются центральными в романе. Причем понятие «творчества» трактуется здесь авторами многозначно. Это не только принадлежность к миру искусства и культуры, созидание чего?либо, но и просто способность вложить душу в то, что ты делаешь. Бесспорно творческими натурами можно считать талантливую актрису Рашель Альтшуллер и ее «крестника» поэта Федора Сохатина. Но не меньше творческого задора и в цыгане Друце, тонком ценителе и знатоке лошадей, и в его «крестнице» Акулине, ставшей ученым?биологом. А «гений русского сыска», полковник Шалва Джандие?ри? Разве его служение Закону — это просто бесцельная трата времени, а не постоянный поиск новых и новых ходов в бесконечной игре «в сыщиков и воров»?
Видно, что оппозиции «искусство?ремесленничество», «учитель?ученик» в последнее время все больше и больше занимают Г. Л. Олди. Об этом интересе говорит и недавно вышедший роман «Нопэрапон». Еще пушкинский Сальери утверждал, что он «ремесло поставил подножием искусству»:
Я сделался ремесленник: перстам
Придал послушную, сухую беглость
И верность уху. Звуки умертвив,
Музыку я разъял, как труп. Поверил
Я алгеброй гармонию.
И вот он, усердным прилеж
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Уважаемые читатели:
Вы можете присылать нам свои собсвенные произведения, мы с радостью их опубликуем.
e-mail: help@4italknigy.info
|
|
|
|
 |
|
У народа, лишенного общественной свободы, литература - единственная трибуна, с высоты которой он заставляет услышать крик своего возмущения и своей совести.
//Герцен А. И. |
| |
|
