Приготовьтесь погрузиться в мир приключений... |
Хроноспай
знь дорога.
«Как там жена? ей?то каково?!» — неотвязно сверлила мысль.
Вспоминать о проклятии Духа Закона не хотелось.
Хотелось другого: всласть посидеть с Друцем на темной веранде, под одну?единственную свечу, и еще под запотевший на леднике графинчик; расспросить доподлинно обо всем, о чем ему, отныне магу в законе, знать было положено заранее, да не сложилось. Только едва выбрел Федор на веранду, едва глянул на рома, битым псом скорчившегося в углу…
Нет, Федька.
Завтра.
Ведь правильно? — завтра время для разговоров будет, а сегодня тебя в сон клонит. Не ровен час, здесь же и свалишься… пошли в спальню?
А как упал на кровать — в чем был, в одежде, в сапогах, — так и провалился, откуда явился.
В Закон. …стоит Федор Сохач в сторонке. Не его нынче черед; а вроде бы как и его тоже.
Поясницу у Федора к дождю ломит, зубов у Федора недостает, в кудрях седые нити заплелись змейками; руки морщинами побило. Это, значит, годы, которых не обманешь. Рядом жена любимая: прежняя, знакомая, но выцветшая с возрастом. Это, значит, тоже годы… сколько ж их меж явью и сном прошло?пролетело?.. Ну да ладно.
Не о том речь. …а впереди двое сквозь препоны к Духу Закона идут. Бок о бок; плечом к плечу.
Обнажается морское дно, встают на пути горы, валятся с гор лавины?камнепады, мертвяки целыми погостами из могил лезут, загораживают путь — а они идут себе и идут. Миражи воюют с миражами, рушится с неба ливень, исходит паром и стоном земля — и вот: тишина, быстро рассеиваются последние клочья дыма, и двое стоят перед Ним.
Перед Духом Закона.
«…А мы лучше шли», — тихо, беззвучно, одним трепетным выдохом шепнула Акулина.
Бередя память, словно плохо зажившую, покрытую тонкой корочкой рану.
Кивнул старый Федор.
«Ну ведь правда, Феденька?» «Ну ведь правда…» — кивнул старый Федор.
«Да и они ничего… дошли же?! маленькие наши… родненькие…» «Дошли, — кивнул старый Федор. — Ничего они… ничего…» «Нет, ну что ты все киваешь?! кивает он! Смотри: почти как мы с тобой… молодые!.. почти…»…двое стояли перед Духом Закона. Две девочки; девушки.
Ваши дочери. Ваши крестницы. Почти как вы; почти как родители; лучше многих; лишь чуть?чуть… самую малость… жалкую, ничтожную капельку… …замолчи! …и только мягкая капель в темноте: бьются звуки мухами о ткань гардины, сами себя в паутину заплетают — мухами, нитями, пауками, магами, прошлым без будущего! — складываются в слова:
— Мы — не соль земли.
Мы — соль на раны.
Плач вдали и старый плащ в пыли.
Мы уходим.
Мы почти ушли.
«Это странно, — скажете вы, — странно…»
Мы смолчим.
Валеты, Короли,
Дамы и Тузы — увы, пора нам!
И исход, как жизнь, неумолим.
Мы — не соль земли.
Мы — соль на раны.
Дворники проспекты подмели,
Грезят шашлыками стать бараны,
Учат Торы, Библии, Кораны,
Как копейкам вырасти в рубли,
А рублям — в червонцы. Нежно,пряно
Под окном тюльпаны расцвели.
Басом
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Уважаемые читатели:
Вы можете присылать нам свои собсвенные произведения, мы с радостью их опубликуем.
e-mail: help@4italknigy.info
|
|
|
|
 |
|
У народа, лишенного общественной свободы, литература - единственная трибуна, с высоты которой он заставляет услышать крик своего возмущения и своей совести.
//Герцен А. И. |
| |
|
