Хроноспай
просохнуть не успели…
И вот я в лаборатории. Не студентка — ветеринарный врач?исследователь. Правда, не 1?го — 2?го разряда; ну да ладно, разряд — дело наживное… Год — наживное… другой — наживное… третий… пятый… Анализы, записи в журнале, статьи скучные, до зеленых чертиков опротивевшие, потому что — было уже это! было! все было, еще до меня, ничего нового! ни?че?го! Тупо смотрю на очередной срез ткани под микроскопом, смотрю, смотрю, вот уже и глаза слезиться начали, вот уже и очки на глазах появились, и морщины первые лицо прорезали, ссутулилась спина…
А новый профессор Попов, молодой выскочка (или это я совсем злая стала? рыба?акулька?!), вычитывает мне перед всей кафедрой, а я уставилась на него виновато, снизу вверх, слушаю, а перед глазами все плывет — из?за слез? из?за очков этих старых? давно менять их надо, да руки не доходят — то времени нет, то денег, то еще чего… ?…Эй, Дух?мудрец, что теперь скажешь?! Не бывает так, да?! Все сплошь профессорами?академиками становятся, книги пишут да открытия великие делают?! А всю жизнь пыль глотать, глаза портить, когда толку — шиш копченый?! так — не бывает?! хоть по?настоящему учись, хоть пластинкой патефонной под иглой визжи?!
— Бывает, Акулина. Еще как бывает.
Потух он весь. Съежился, будто воздух из него выпустили; блеклым стал, старым, маленьким. Вот и мы с Феденькой такими же станем, если тебя послушаем, будь ты хоть Дух, хоть кто! Шалишь, Законник, не выйдет!
— Больше скажу: куда чаще бывает, чем — книги с открытиями великими. Кругом ты права. Не нашел себя человек, прошел мимо таланта?призвания… изо дня в день чужим делом занят, мается, не поймет, в чем беда, да так и помирает не самим собой.
— Ладно, хорош морали?то читать, нашел себе детишек, — правильно, Феденька, так его, паука болтливого! — Ты лучше другое скажи: ну, к примеру, послушаемся мы тебя, откажемся от чужого… Дальше?то как сложится?
— Дальше?
Дух Закона растерянно улыбается, словно Феденька какую?то такую ерунду спросил, что ему. Духу?умнику, и объяснять стыдно. Ничего?ничего, ты уж объясни, мы не гордые, послушаем!
— Дальше? Своя дорога вам под ноги ляжет. Сами по ней пойдете. Все, чего добьетесь, — все ваше будет, честное. А уж многого ли добьетесь — не скажу. Не знаю.
— Это что же… — я даже опешила малость. — Ну ладно, магия?волшба — и без нее проживем, хотя жалко, врать не стану! Но… значит, Федор стихи писать разучится? языки людские понимать? на гитаре играть? на рояле? А я — я?то как?!
Опять двумя лопухами кус?крендельскими сделаться?! Этого ты хочешь, да?!
— Чему сами за эти годы научились — останется. А что в вас чужим было, отпечатком слепым, через душу не пропущенным — уйдет. И волшба?магия… если захотите, честно, по?настоящему, до визга, до крика — заново учиться пойдете.
Без обмана, без Договора. Как люди у людей учатся; как раньше было, пока я…
Осекся он.
Отвернулся.
— Кто ж нас учить?то возьмется? По старинке? Уж не ты ли?
— Я?
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Уважаемые читатели:
Вы можете присылать нам свои собсвенные произведения, мы с радостью их опубликуем.
e-mail: help@4italknigy.info
|
