Приготовьтесь погрузиться в мир приключений... |
Узники "Ямагири-мару"
, парень?!! Ах, знаешь: та сука, которая умирает последней, пережив всех! Ты остер на язык, Дуфуня; ты мне нравишься; конечно же, ты ответишь, как все, едва сдержавшись, чтоб не плюнуть Духу Закона в глаза.
Но я все равно задаю свой вопрос…
***
Помнишь, Друц? О да, ты помнишь…
Наша встреча была именно такой, и позади стоял твой крестный, Ефрем Жемчужный.
Стоял, ждал, а значит, тебе не нужно было оборачиваться.
Ты спиной чувствовал учителя, входя в Закон.
И потом, когда пришел срок твоему первому крестнику, Вайде Хэладо (Солдат), все повторилось; только стоял и ждал ты, а Вайда шел к Духу Закона пешком, по пояс проваливаясь в зловонное, булькающее, пышущее колдовским жаром болото; ты мог лишь смотреть, закусив губу, не в силах помочь крестнику.
Он должен был дойти сам.
Как ты в свое время.
Как старый Ефрем — в свое; а до того…
Ты не знал, что случится, если Вайда не дойдет. Не хотел знать. Ты знал другое: и он дошел.
Всякий раз перед Духом Закона предстают двое: учитель, молча стоящий в отдалении, и ученик, идущий вперед.
Таков Закон; таков я, его Дух. Гнилая пародия на правду.
Почему же сейчас — иначе?!
Темнота мягко ударила в затылок, сбивая с ног. Но новый свод не разверзся над тобой, и не возникла в туманной дымке на горизонте колеблющаяся фигура.
Шершавые булыжники мыслей… под копытами старой клячи… цок?цок, цок?цок…
Как быстро?то!.. Вы с Княгиней рассчитывали еще хотя бы на полгода… Быстро; не вовремя. Ай, не вовремя! Но это пустяки; главное — все иначе!.. после тьмы ты должен был оказаться не здесь. Тебя и потащило туда — но в последний момент знакомый тоннель из тумана перерубила надвое гранитная стена, перед самым носом твоим перерубила, морэ, так что лоб расшиб, на ногах не удержался!
Или это ты здесь лоб расшиб, когда ноги служить отказались?
Спуталась явь земная с явью Закона, близкое с далеким, бывалое — с небывалым.
Вроде и лежишь, ром?неудачник, где стоял, где мажонка на твоих глазах всем миром забивали (жив ли парнишка? не видать…) — а глаза твои прочь устремились, уши в трубочки свернулись, вслепую видят, вглухую слышат…
Ну давай, давай, я помогу… чуть?чуть.
Капельку. ?…Ой, батюшки, ужасть?то какой! Верке расскажу, от завидок сдохнет!.. ?…Да шо ж это?! Да как это?!
— Городового! городового кличьте! Вытащить ее оттудова надо!..
— Видишь, Петенька, что бывает, когда не слушаются мамочки…
— Ось он, городовой?то! Ишь, бегит, его усердие — аж взопрел…
— Знамо дело — от усердия…
— Разойдись! Дайте пройти представителю власти!
Толпа расползлась мокрой ветошью — и ты увидел. Словно из?за плеча у городового выглянул.
Народ сгрудился напротив зоосадовской клетки. В клетке, бешено хлеща себя хвостом по бокам, рычал и скалил внушительные клыки амурский титр по кличке Мальчик. (Кличка подходила тигру, как корове седло.) Ярость зверя была понятна — галдящие перед клеткой бездельники могли и невинного а
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Уважаемые читатели:
Вы можете присылать нам свои собсвенные произведения, мы с радостью их опубликуем.
e-mail: help@4italknigy.info
|
|
|
|
 |
|
У народа, лишенного общественной свободы, литература - единственная трибуна, с высоты которой он заставляет услышать крик своего возмущения и своей совести.
//Герцен А. И. |
| |
|
