Приготовьтесь погрузиться в мир приключений... |
Река Хронос
шуллер?
Он стоит перед Княгиней. Смуглый, широкоплечий красавец, одетый почему?то в цивильное. Толстые пальцы вертят брелок: рука из бронзы сжимает меч. Лицо дышит радушием: ни дать ни взять встретил приятную знакомую.
И не в морге мордвинском — на бульваре, летом.
— А?а, — само собой выдохнулось у Федора Сохача.
Нагулялся, выходит.
Вкусил барской жизни, пора и честь знать.
Господин понял. Еще раз улыбкой лицо свое тронул. Протянул ладонь, успокаивающе похлопал парня по руке. Толстые пальцы у господина?легавого, рыжей шерстью обросли. Из самого Мордвинска в Севастополь дотянулись.
Бежать?
Куда?!
— Вы, голубчик, лучше кушайте эклер. Сельтерской запивайте. И если увидите милую госпожу Альтшуллер, передавайте ей душевный привет от князя Джандиери. Спросите: почему? Почему я не зову городовых, почему не велю хватать вас и тащить в каталажку?! Все очень просто, голубчик…
Наклонился вперед князь Джандиери. Будто орел на скале добычу внизу углядел, да только сыт орел покуда. И сквозило в наклоне этом: захочу удержать тебя, парень, так один удержу. Без городовых. А вот не захочу.
Веришь? — Я теперь частное лицо, голубчик. Вот уже третий месяц. Дачник, понимаете ли, меж иных дачников. Столько лет кричал державе в уши, вопил гласом вопиющего: не ветки, корень рубить надо! Глухая держава оказалась. Маразм у державы старческий. Вот я и подал в отставку; вот держава мою отставку и приняла. Значит, как добропорядочный гражданин, ничем более родной державе не обязанный, я вполне могу сидеть с вами в кондитерской. А после мы разойдемся в разные стороны. Кстати, вот вам моя личная визитная карточка.
Кофейный прямоугольник с золотым обрезом лег перед Федором; выпятился шрифтом.
«Князь Шалва Теймуразович Джандиери; полуполковник в отставке».
— Ваш побег, голубчик… Впрочем, не ваш. Вы там, простите, хвостом случайным болтались. Побег госпожи Альтшуллер и этого… Пикового Валета лег пятном на мою репутацию. Ведь это я их на поселение переводил, под свою ответственность, вот и аукнулось. Ну и еще кое?что, прежнее, о чем вам знать необязательно. А я рад.
Ей?богу, рад. Оказалось, быть частным лицом гораздо веселее. Это как брать и давать. Знаете, об этом есть у великого Шоты из Рустави?
И князь, зажмурившись, звучно продекламировал:
— Расточая вдвое, втрое, расцветешь ты, как алоэ, Это древо вековое, чье в Эдеме бытие.
Щедрость — власть, как власть закала.
Где измена? Прочь бежала…
И Федор подавился липким кремом, когда понял — это он, Федюньша Сохач, вслух подвел итог сказанному: ?…Что ты спрячешь, то пропало. Что ты отдал, то твое.
Сжалась крепкая ладонь на Федькином предплечье. Не от желания удержать, схватить — от удивления. Новые искры сверкнули в бутылочных глазах князя.
— Голубчик! Оказывается, у вас это так далеко зашло? И за такой короткий срок? А ну?ка, ну?ка, очень интересно… Давайте со мной на два голоса: мепета ши?ган сиухве, вит едемс алва ргулиа…
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Уважаемые читатели:
Вы можете присылать нам свои собсвенные произведения, мы с радостью их опубликуем.
e-mail: help@4italknigy.info
|
|
|
|
 |
|
У народа, лишенного общественной свободы, литература - единственная трибуна, с высоты которой он заставляет услышать крик своего возмущения и своей совести.
//Герцен А. И. |
| |
|
