Приготовьтесь погрузиться в мир приключений... |
Река Хронос
в затылке Федюньша. — Я ж и видел?то его всего раз… на базаре. Сегодня.
— Ну?ну, молодой человек, не прибедняйтесь! — ободряюще улыбается трупарь.
Если он мне так улыбнется — сбегу! Вот те крест, сбегу!
Или помру без покаяния.
— Не прибедняюсь я. Говорю как есть: на базаре сегодня встретил. К нему воришка подбирался — а я спугнул. Воришку. А этот, князь, — он благодарить стал.
Пирожным угостил, с сельтерской. Карточку на память дал. И разбежались.
— Я таки прошу пардону, Петр Валерьянович, — вмешивается «комод» и еще шляпу чуть?чуть приподнимает. — Что за допрос меж своими людьми? Мало ли с кем парень, деликатно говоря, скорефанился? Ну, дурак, ну, честным уркам работать мешает; ну, пирожные жрет со всякими фраерами! У меня пароход через два часа…
— Замолчите, пожалуйста.
Умолк «комод». Сразу. Ящики задвинул, на крючки запер.
Красный весь: тяжело небось молчать. По себе знаю.
— Впрочем, если вас интересует цель моего… как вы изволили выразиться? допроса?! — Трупарь вертит карточку в пальцах, словно дохлого мотылька. — Вам известно, кто он есть, наш благодарный господин Джандиери?
— Так написано же! На карточке! — не выдерживает второй «клетчатый», который на таранку похож. Трупарь его не слушает. Не слышит.
— И ты, Княгинюшка, Дама моя разлюбезная, тоже не знаешь?
Мед, не голос. Течет, засасывает вязкой, сладкой трясиной. Интересно, почему он с «клетчатыми» на «вы», а Рашельке тыкает?!
— Отчего же. Король. Знаю. Когда я видела его последний раз, он был жандармским полуполковнком. Облавник, из «Варваров».
— Совершенно верно, Княгинюшка, совершенно верно! Отсюда и мой вопрос: давно ли князь Джандиери числится в отставке? Ведь это он, если мне не изменяет память, сперва взял тебя в Хенинге, а по отбытии наказания лично перевел тебя на поселение не где?нибудь у полыньи с золотыми нерпами, а с послаблением?! Поближе к себе, к покровителю в мундире?! Рассказывали: из столицы в Мордвинок для этой малости перевелся — по ваши души! И вот: вуаля! Ты в Крыму" на солнышке!..
— Ах вы, каины!
Ой, мамочки! И когда только «клетчатые» за левольверты схватились?! Один Друцу в лоб целит, другой — Рашельке!
— Колитесь, суки, на кого еще фараонам плесо забили! Ну?!
— Тише, братец вы мой, — брезгливо жмурится трупарь. — К чему такие страсти? Я полагаю, здесь собрались разумные люди и сейчас мы услышим все, что нас интересует.
— Я… пш?ш?шу…
Словно прибой на берег накатился: «Я… покажу…» Тузиха!
А о ней уж и забыли все…
— Вам сейчас нельзя напрягаться, госпожа Андрусаки! Я это говорю вам и как врач, и как Король Крестов! Я не исключаю летального исхода! Вы слышите?!
— С?с?с…
И?где двор? Где гроб с покойницей? Где трупарь, «клетчатые» с левольвертами ихними… Где я?!
Напротив, за столиком — незнакомый господин с рыжими усами щеточкой; в дорогом костюме, и сигару курит.
Даже дымком повеяло! ?…Вы, голубчик, лучше кушайте эклер. Сельтерской з
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Уважаемые читатели:
Вы можете присылать нам свои собсвенные произведения, мы с радостью их опубликуем.
e-mail: help@4italknigy.info
|
|
|
|
 |
|
У народа, лишенного общественной свободы, литература - единственная трибуна, с высоты которой он заставляет услышать крик своего возмущения и своей совести.
//Герцен А. И. |
| |
|
