Приготовьтесь погрузиться в мир приключений... |
Привидений не бывает
вражий! Бей в душу! Власти далеко, мы рядом!
Льется водка в глотки, рвутся колья из плетней, вот и за берданками побежали, кто сразу не спохватился… Движется к окраине безликий зверь толпы.
— Факелы! Пали факелы!..
Умен купец. Верно рассчитал. Раз сухим из воды вряд ли доведется, раз хитрый зачин кляпом в глотке обернулся, значит, топи лишних в той воде, закручивай половодьем — опосля не разобраться, кто прав, кто виноват, кого за шиш убили, кого за большие деньги.
Повязан Кус?Крендель кровавой порукой.
— И?эх!..
Несется по лесу Дикая Охота. Ближе. Еще ближе.
Боль. Страшная, привычная. Надо спешить, после увиденного в пламени каждая минута на счету — а торопить боль нельзя. Запретно. Пока переплавится, пока сгорит все, чему гореть на роду написано, пока мука слезная силой сделается, сплавит тело с телом, душу с душой…
Ах, как больно?то!
И все?таки он не вытерпел, Федор Сохач. Мужики завсегда так… бабы — живучей.
Дернулся без ума, одним ужасом телесным, шатнул камень мышц; потащил руку из огня Договорного. Чуть кулак не разжал — не кулак, уголь сизый, насквозь прокаленный! — чуть не разжал, да ты не дала. Княгиня. Вцепилась матерью в чадо единственное, что над бездной повисло; разжать не дала, но и не удержала.
Поползла Федькина ручища прочь, ан не освободилась.
Пошла вперехлест Друцева лапа с кулачком Акулькиным, в ней зажатым.
Тут?то ты их и увидела: голый ром?вожак, костистый, рослый, из тех коней, что и старыми борозды не портят, — и девка не девка, девица не девица, тощая, кожа в пупырышках, а в глазах одно бьется; «Вытерплю»!
Бабы — живучей… Ах да, говорено уже.
Зацепились руки за руки: хочешь уйти, а останешься!..
Гори на брудершафт.
— Рашеля… прости.
И сунул Федюньша себя в огонь по плечо.
Чтоб наверняка.
Чтоб болью боль перешибить.
***
А пламя возьми да и погасни.
КУШ ПОД КАРТОЙ или ПОКАЗАНИЯ ОЧЕВИДЦЕВ
Душа наша избавилась, как птица, из сети ловящих; сеть расторгнута, и мы избавились.
Псалтирь, псалом 23
Капель дробно плясала по подоконнику.
И вприсядку, и колесом, и искрами под божьим солнышком, отвлекая людей, соскучившихся по настоящей, не календарной весне, от дел праведных.
Эй, вот она я! Любуйтесь!
Впрочем, в данном случае все потуги капели обратить на себя внимание пропадали втуне. Господин полуполковник были крайне заняты: читали свежедоставленный отчет о происшествии и прилагавшийся к нему протокол опроса свидетелей.
Если тихонько приглядеться, любому покажется — их бдительность изрядно скучают.
Вон толстые пальцы, поросшие жестким рыжим волосом, с ленцой листают бумаги, взгляд наискось скользит по строчкам…
Да, все верно, скука томит.
Хандра.
И то сказать — разве можно с вниманием и трепетом душевным читать эдакую околесицу:
"Уртюмов Ермолай Прокофьев, купец второй гильдии, жительствующий в селе Кус?Крендель Мордвинского уезда, при дознании добровольно и
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Уважаемые читатели:
Вы можете присылать нам свои собсвенные произведения, мы с радостью их опубликуем.
e-mail: help@4italknigy.info
|
|
|
|
 |
|
У народа, лишенного общественной свободы, литература - единственная трибуна, с высоты которой он заставляет услышать крик своего возмущения и своей совести.
//Герцен А. И. |
| |
|
