Приготовьтесь погрузиться в мир приключений... |
Пора спать!
страшнее. И все равно приехала.
Праздник?
За побег нашему брату не новая каторга светит — веревка с варавским мылом.
Панихида?!
Обеим? …На миг почудилось: не рояль — огромный белый череп распахнул перед Княгиней костяную ухмылку. Скалится зубами?клавишами; вот сейчас раздвинет челюсти пошире — и сомкнет с надрывным скрипом! Поминай, как звали, рабу Божью Рашель Альтшуллер, она же Рашка Княгиня, она же…
Княгиня тоже что?то почувствовала. Ее пальцы, мгновенно став жесткими, резко ударили по клавишам, обрывая мелодию, и женщина коротко крутнулась на вертящемся табурете.
Обернулась.
— Што, струмент плох? — с тревогой осведомился купец. Слово «струмент» Ермолай Прокофьич выговаривал старательно, с каким?то особым уважением.
— Да нет, хорош. Куда как хорош, слов нет. Настроить только надо. — Голос Княгини звучал беззаботно, но на самом донышке, в глубине пряталась напряженная хрипотца, словно бежавшая с позором жаба вдруг вознамерилась вернуться.
Да и ты уверился по новой: играть на рассохшемся, расстроенном рояле так, чтобы твое ухо не уловило фальши… это уметь надо.
Значит, умеет.
Сейчас — умеет.
— Настроить? Это как же?
— Чтоб в лад звучал. Да я сама настрою, не тревожься, Ермолай Прокофьич! — слишком искренне, чтобы это было правдой, рассмеялась Княгиня. — Просто ключ специальный нужен.
— В городе купить можно?.. В лавке? — деловито поинтересовался купец.
— В Мордвинске?.. Да, пожалуй. Только зачем покупать? Вот Друц его нам и выкует.
Я покажу, нарисую — а он сделает. Сделаешь, Друц?
— О чем речь, Рашель? — усмехнулся ты. На людях — без кличек. Это свято.
— Ты скажи, чего требуется, штоб этот самый ключ сделать. Я прикажу — из?под земли добудут! — кивнул купец. — Хучь по мне… по мне и так хорошо играет. Аж заслушался. — Лицо Ермолая Прокофьича озарила совершенно неожиданная мечтательная улыбка. — Люблю я это дело, шиш лесной… музыку, значит.
Настоящую. Штоб на рояле или там на скрипке. А наши, обалдуи… — Купец едва не плюнул в сердцах на пол. — Только и умеют, што по пьяни на гармошке похабень всякую наяривать! Разве ж это — музыка?! А тут… — И он с нескрываемым уважением покосился на Княгиню.
— Да и я давно за рояль не садилась, — тихонько вздохнула Княгиня. И ты, тоже без всяких финтов, но тем шестьдесят шестым чувством, которое начисто испортило тебе всю жизнь, ощутил: с этого мига началась игра. Интерес у вас с Княгиней общий; значит — не мешай.
Будет надобность — подыграй вторым голосом, но без нужды не лезь.
— Не нашлось в остроге рояля, вот ведь беда! У надзирателя одного гитара имелась, так начальство запретило…
— Ну, это дело поправимо! — немедленно заулыбался довольный Ермолай Прокофьич, став чертовски похож на помоечного кошака, добравшегося?таки до заветного ледника со сметаной. — Струмент — вот он, а гитару, ежели надо, я из города привезу!
— Ну, тогда и мы тебе тут филармонию устроим! — Княгиня подмигнула одновремен
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Уважаемые читатели:
Вы можете присылать нам свои собсвенные произведения, мы с радостью их опубликуем.
e-mail: help@4italknigy.info
|
|
|
|
 |
|
У народа, лишенного общественной свободы, литература - единственная трибуна, с высоты которой он заставляет услышать крик своего возмущения и своей совести.
//Герцен А. И. |
| |
|
