Приготовьтесь погрузиться в мир приключений... |
Первый день раскопок
— Кх… кхто… ты? — Магнус выдавливал слова через силу, с надсадным хрипом, морщась при каждом вздохе. Правая рука онемела. В боку кричали осколки ребер, моля о пощаде.
— Забыл? — нехорошо прищурился Вит.
— Ба?а?а… Бацарь?!
— Узнал, падаль. За что мамку мою порешить хотели?
— Мамку… твою? Мы не… не знали мы… Велели нам, Бацарь. Баба, зна?а… значит. Надо… По?тихому. Мы ее и не видели никогда…
— Кто велел?
Магнус умолк. С трудом повернул голову. Отважился взглянуть Виту в глаза. И понял: ему больше не надо бояться братьев Втыков. Им не успеть добраться до Добряка Магнуса. Потому что Добряк умрет значительно раньше.
Здесь и сейчас.
— Вты… Втыки. С нами еще один… был… Ловчий. Он — главный… Знак подал…
— За что? Говори!
— Не знаю… Правда, не знаю. Велели нам…
Юноша медленно отвернулся. Очень трудно удерживать букашку. Очень. В спину толкнуло, задыхаясь:
— Добей… Слышишь? Добей, Бацарь!.. Все одно помру… Сил нет: больно…
— Сам сдохнешь, — ответила букашка, прячась. Забыв о Магнусе, Вит заторопился к матери.
— Как ты, мам?
— Хорошо, сынок… хорошо мне… Голова только… кружится. Ты?то как? Откуда?
— Из города. К тебе спешил. Пошли в дом, мам, простынешь тут…
— Я… сейчас… ведра забрать надо… Штефан заругается!..
— Да я после сбегаю, заберу. Идем, мам!
Не хотелось, чтобы мамка видела подонков. Убитого и умирающего. И так все знают, кто мытаря жизни лишил, — а тут еще двое! Испугается мамка, а ей нельзя пугаться; вон — еле ноги волочит. Вит подставил матери плечо, помог подняться. Мягко, но настойчиво развернул в сторону дороги, прочь от двух тел у воды.
Шли медленно, с трудом, то и дело оскальзываясь. Жюстина обвисла на плече сына — Витольд будто не чувствовал тяжести. Могли бы и быстрее идти. Жаль, мамка совсем хворая. Ничего, до дому рукой подать. Сейчас дотопаем…
Паутина!
Чувство опасности иглой кольнуло в сердце. Заставило обернуться.
Всадники. Еще далеко, но скачут сюда. Витольд сдвинул брови, вглядываясь. Знакомые цвета одежд.
Влитые в седла фигуры. Граф! И с ним этот… Дегю. Двое. Без спутников.
Без свидетелей.
«…только мамаша здесь совсем некстати… удавить „баронессу“… концы в воду…»
Если бы Жерар?Хаген сейчас увидел юношу — обрадовался бы. Сын был очень похож на отца. На деда. На весь Хенингский Дом, не умеющий прощать.
— Мам, скорее!
— Не могу… сынок, беги сам!..
Вит видел: и вправду не может. Подхватив мать на руки, он рванул вверх по склону. Со стороны это, наверное, выглядело жутко: щуплый босой парнишка, неся грузную женщину, спешит вверх по раскисшей грязи. И не просто спешит — взлетает, как на крыльях. Будто женщина — пушинка.
Сама Жюстина удивиться не успела, вновь потеряв сознание.
Умел бить Молчун Юлих, земля ему пухом.
Поет дорога. Кричит дорога. Предупреждает топотом: беги! Хорошо, дом рядом. Ворота. Двор. На крыльце — чужой человек. Тот самый, которого Вит видел в доме Де
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Уважаемые читатели:
Вы можете присылать нам свои собсвенные произведения, мы с радостью их опубликуем.
e-mail: help@4italknigy.info
|
|
|
|
 |
|
У народа, лишенного общественной свободы, литература - единственная трибуна, с высоты которой он заставляет услышать крик своего возмущения и своей совести.
//Герцен А. И. |
| |
|
