Приготовьтесь погрузиться в мир приключений... |
Обозримое будущее
ткой Душегубам. Значит, надо спешить. Сложить мозаику прежде, чем смерть оборвет нить изысканий. Обряд должен стать монополией церкви. Должен. И станет. В геенну, открывающуюся за дверью, Гонорий не верил. Слишком просто. Зато верил в другое: там, за дверью, и впрямь возник, чтобы исчезнуть от малодушия робких, заключительный этап постижения сути Обряда. А еще игрок, сын игрока, верил в себя.
…оставалось найти проводника за дверь. Здесь Гонорию часто вспоминалась «Комедия» флорентийца Данте Алигьери, дважды заочно приговоренного «черными гвельфами» к сожжению с конфискацией имущества. Современники считали, что суровый Данте и впрямь прошел круги рая и ада; кармелит же полагал это аллегорией, не лишенной разумного смысла. Поэт прав в ином: везде нужны проводники. И если тщетно обращаться к Душегубам, уговаривая сыграть роль добровольного Вергилия, то, пользуясь подсказкой флорентийца, следует найти второго Бернара Клервоского.
III
— …мы повторяли опыт, — сказал фратер Гонорий. Разговаривая, он все время кивал каким?то своим мыслям, напоминая курицу в поисках зерна. — Еще в шести случаях он закончился успешно. Относительно успешно. Двое братьев оказались храбрецами: открыв дверь в геенну или еще куда…
— В богадельню. Я ведь говорил вам: гильдейцы называют это место богадельней.
— Хорошо. Мне трудно вот так, сразу… Короче, открыв дверь в богадельню, они шагнули через порог. Фратер Августин задумчиво глядел в угол.
— И вы больше их никогда не видели.
— Да. Наверное, они погибли.
— Вряд ли. Просто дошли до конца, став полноценными гильдейцами. А Совету Гильдии проще простого отправить нового Душегуба работать… ну, скажем, в Каир или Бухару. Чтобы Белый капитул оказался бессилен проследить его дальнейшую судьбу.
— Это меняет дело, — сказал фратер Гонорий. Даже кивать перестал. — Вы считаете, Душегуб, пройдя обучение до конца, становится всецело предан Гильдии?
— Не Гильдии. Гильдия вторична. Он становится всецело предан делу, веря в необходимость его завершения. Веря не истово, а искренне. Убежденность вместо фанатизма. Ведь люди, ставшие Душегубами, изначально сомневались в благе нынешнего земного устроения…
— Вы со мной откровенны? — вдруг спросил кармелит. — Если да, то почему? Просто потому, что вам велел быть откровенным ваш аббат?!
Цистерцианец встал. Прошел к окну. Келья отца?настоятеля дышала чистотой. Аккуратист и педант, местный приор тщательно следил за порядком. Грязные босые ноги кармелита в этой келье, на вощеных, натертых до блеска половицах смотрелись чужеродно. Приор Бонифаций, едва встретив обоих монахов, сразу же сослался на неотложные дела. Наскоро представив декана, удалился, действительно посоветовав монаху отвечать на вопросы гостя со всей откровенностью.
Было видно: отец?настоятель избегает втягивания в скользкое дело.
Умывая руки.
— Советую не называть отца Бонифация аббатом, — вместо ответа сообщил фратер Августин. — Особенно в лицо. Он этого не любит.
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Уважаемые читатели:
Вы можете присылать нам свои собсвенные произведения, мы с радостью их опубликуем.
e-mail: help@4italknigy.info
|
|
|
|
 |
|
У народа, лишенного общественной свободы, литература - единственная трибуна, с высоты которой он заставляет услышать крик своего возмущения и своей совести.
//Герцен А. И. |
| |
|
