Приготовьтесь погрузиться в мир приключений... |
Вступление
нув. Я забыл сверить часы, и теперь можно было лишь
догадываться, сколько дней мы уже под землей. У нас постоянно возникали
споры об этом, пока, по предложению Аннет, не была запрещена сама тема.
Наконец плот был готов, мы нагрузили его припасами и всем, что необходимо
будет для путешествия наверху, если нам суждено вновь достичь поверхности
Бельтана.
В последнюю ночь я сосчитал спящих на койках. Одного не хватало. Я
еще раз пересчитал, на этот раз по пальцам. Гита! Но где... Мой спальный
мешок у входа, но я навещал Аннет в ее отгороженном уголке, чтобы
посмотреть, не нужна ли помощь ей и Дагни. Должно быть, тогда Гита и
выскользнула. Куда? После приключений близнецов вряд ли она отважится на
самостоятельное исследование. Не стоит громко звать ее и поднимать лагерь,
пока я не поищу сам. Я выскользнул из пещеры и осмотрелся. Через какое-то
время зрение адаптировалось к темноте, и я увидел отсвет поясного фонаря
откуда-то из камней у основания подъема. Рассерженный ее неосторожностью,
(хоть больше следов мы не находили, не было уверенности, что рядом не
бродят чудища) я пошел туда.
Я собирался резко заговорить с ней, но промолчал, увидев, где она
стоит. Гита держала в руках один из жезлов, принесенных мной из ледяного
склада. Конец жезла был направлен на стену. Из него вырывалась серия
вспышек, очень слабых сравнительно с тем огнем, которым было уничтожено
чудовище.
- Гита!
Она повернула голову, но не опустила жезл. В ее лице была упрямая
решимость, в этот момент она была особенно похожа на Аннет.
- Ты сам сказал, что они не годятся для твоих целей, - вызывающе
заявила она, готовая оправдать свои действия. - А для этого они годятся.
Она пользовалась двумя жезлами, чтобы высечь в скале буквы. Мы так
давно использовали для записи ленты, что письмо вручную оказалось почти
забыто. Но на Бельтане недостаток снабжения привел к оживлению некоторых
древних умений, и Гита с энтузиазмом училась писать.
- Грисс Лугард, - она читала уже написанное на скале. - Друг...
Да, правда, он был нашим другом. Он сделал для нас все, что смог. Я
думаю, ему понравилась бы надпись Гиты больше перечисления титулов и
званий.
Я взял у нее жезл. До сих пор не могу объяснить, зачем я это сделал,
но, экономя каждую искорку энергии, добавил под неровным "друг" еще восемь
букв. Гита читала их одну за другой, по мере того как они появлялись на
скале:
- Д-у-д-о-ч-н-и-к. Дудочник. О, это тоже ему понравилось бы. То, что
нужно, Вир! Я не могла уйти и оставить его так, без надписи.
Романтика старых лент, скажет кто-нибудь. Но я знал: она права. Это
нужно было сделать. И я был рад, что она подумала об этом. Как последний
штрих я
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Уважаемые читатели:
Вы можете присылать нам свои собсвенные произведения, мы с радостью их опубликуем.
e-mail: help@4italknigy.info
|
|
|
|
 |
|
У народа, лишенного общественной свободы, литература - единственная трибуна, с высоты которой он заставляет услышать крик своего возмущения и своей совести.
//Герцен А. И. |
| |
|
